Ангелы не продаются!

АНГЕЛЫ НЕ ПРОДАЮТСЯ!

Проходя мимо Золотого нимба, я обратила внимание на надпись Ангелы не продаются!, и на трех студентов с плакатами. Хмыкнула. Так ведь ни разу и не зашла ни в один из ангелшопов. Свободу крылатым, Руки прочь от чужих нимбов и прочие дурацкие надписи меня не вдохновили. Наверное, я бы предпочла тяжелый камень и хороший замах. Витрина не алмазная, в конце концов.

А потом я ждала Макса и курила. Угловой столик кафе выходил на проспект, было жарковато, но тень от синего зонта меня прикрывала. Я была уставшей после работы, и раздражалась, что Макса так долго нет. Не то, чтобы я стремилась к этому роману. Не то, чтобы успела полюбить за месяц нашего знакомства. Но Макс мне нравился. Не хотелось, чтобы этот лохматый идиот прошляпил нашу встречу. Что-то в нем было. Эдакое.

– Ой, девоньки, кого я вижу! высокий голос Эли пронзил вечерний город и мои уши. Я настороженно оглянулась. Под девоньками моя приятельница подразумевала всего лишь рыжую Вику, высокую, симпатичную и вызывающе яркую. Я невольно опустила взгляд, опасаясь увидеть двух ангелов на поводках. Вика была с Элей, но без них. Да и Эля никого, кажется, себе не купила. Ангелы в последнее время подорожали. Я чуть выдохнула, сама не понимая, почему. Не ценю эту моду на ангелов. Затянулась дымом. Подружки и ожидание Макса. А что, неплохо.

– Садитесь! приветливо улыбнулась я, кивая на стулья рядышком. Эля с Викой не заставили себя ждать. Присели, и я поняла, что они обе злые, как осы, возмущенные и едва ли не кипят. Эля нервно попросила у меня сигарету, Вика внимательно смерила меня взглядом, но ничего предосудительного не заметила. Остановила взгляд на кулоне, разглядывая синий камень в серебряной оправе. Стала задумчивой, и явно проглотила какое-то замечание по поводу моей усталости, мешков под глазами и вреде курения. А вот Эля оказалась более стойкой. Как всегда. Видимо, бывшие некогда моими рубины в её ушах повышали уверенность.
– Как поживает мой Минки? спросила она сердито, ох, я знала, почему она сердится. С тех пор, как она продала мне своего ангела, я ни разу не позволила ей увидеть его. Иннуэлю это точно не нужно. А уж мне и подавно. Я задумалась. Вообще, Иннуэля я видела редко. Чаще всего обнаруживала на столике у кровати то горшок с лазурной фиалкой (мы с ним не любили срезанные цветы), то испеченное в моей духовке печенье (и когда успел?), то рисунок с восхитительным пейзажем (надо поехать!). И находила приоткрытую на балкон дверь. Улетал он всегда так, чтобы я не видела. Это было немного обидно, но я не спрашивала. Он был свободным ангелом, а не ручной зверюшкой, – Не сдох пока?
Я вздрогнула. Наверное, взгляд мой стал злым. Эля исправилась.

– Ну, прости! Просто Вик, ты скажи!

Вика нервно пробарабанила по столешнице блестящими зелеными ногтями, они хорошо сочетались с благородно-изумрудным костюмом, и фыркнула.

– Да лучше бы они умерли, твари неблагодарные! Я всего один раз пропустила подстрижку крыльев, пожалела ублюдков. Все хныкали и чудесатить не хотели. Мне обещали целительство, а у меня головные боли через день! Они мне в полторы зарплаты и премию влетели! Я им самую лучшую росу покупала, с цветочным медом мешала! Молоком козьим поила из фарфоровых блюдец! Браслеты со стразами купила

– А они улетели, – хихикнула Эля, но быстро погасила улыбку. Мне тоже пришлось это сделать, но у меня получилось лучше. Тем более, злая Вика разглядывала мой кулон, и гримасу не заметила.

– Твои ангелы улетели? вежливо и очень сочувственно спросила я. Вика нервно кивнула, скривила пухлые губы и сверкнула белыми клычками. Ага, мол, улетели. Неблагодарные.

– Твой не улетел пока? спросила она с легкой надеждой. Я покачала головой, – А как часто ты ему подстригаешь перья? И какую одежку покупаешь? Она должна стягивать крылья, но не передавливать, ты же знаешь?

– Ну – неопределенно сказала я, вспоминая, как два месяца мы с Иннуэлем лечили его несчастные крылья. Какие мази перепробовали, как бережно разминали мышцы, как я пошила ему льняную рубаху с прорезями, и как мы танцевали на крыше под дождем, и он учился снова смеяться, как впервые поднялся над моей головой, и как я плакала, пряча слезы в каплях. Ну вот как им о таком рассказать? Как, а? Но девочкам, к счастью, не требовалось моих реплик. Они горели желанием делиться своими новостями.

– Вообще, жуть в городе творится, – по секрету сказала мне Эля, не давая Вике дождаться ответа про стрижку и одежку, – Все ангелшопы закрыты! Представляешь? Эти идиотские защитники природы совсем заколебали. У Нимба пикет, идиоты с плакатами, и полисмены их все никак не разгонят. А другой вообще досками забит. Витрину разбили и всех ангелов сперли. Клетки сломали, охраннику морду набили. Говорю, это все эти тупые фанатики! Целые банды уже собираются. Никакой управы нет на них. Я б всех пересажала!

– Ну – я задумчиво достала помаду, потушив сигарету, и принялась подкрашивать губы. Кофе в чашке заканчивался, а Макс все не шел, было обидно. Подружки начинали раздражать, – Ангелы все-таки разумные существа. Разговаривают вот тоже

– Ой, оставь! отмахнулась Эля, – Дельфины тоже разумные, а как через кольца прыгают! Кошек вон учат мама мяукать. А попугаи вообще трепятся без перестану. Кому это когда мешало? Скажешь тоже разумные Ангелы и есть ангелы! Что с них взять, кроме пуха и пера, – она рассмеялась, я поежилась. Поняла, что не дождусь Макса. Сказала, чтобы отвязались.

– Ну, это ж не последние ангелшопы в мире, да?
– Ой, ну ты как с луны свалилась, блин. Ну не заказывать же импортных! Редко целыми доезжают. И так цены на отечественных взлетели в три раза. И это ж по всей стране делается, – наперебой запричитали подружки, и я уже не различала, где кто возмущается, – Пикеты, погромы, средние века на дворе просто, а не цивилизация! И все как ты разумные, разумные. Еще про негров вспомни, блин! Нашлась тут защитница, а сама ангела держишь.

Последнее, конечно, Эля сказала. Все никак мне не могла Иннуэля простить. Даже золотые сережки с рубинами, которые стали решающими в ее решении о продаже, не помогли. Она прекрасно понимала, как продешевила. Я вздохнула.

– Держу, держу Все, девчонки. Пошла я домой. У меня ангелы не кормлены, цветы не политы, парни не отруганы, – последнее я сказала совсем про себя, и они не услышали. Но нет, Максу я звонить не стану. Идиот лохматый. Не буду с ним встречаться. В переписке так просто ангел, обещания, романтика. А на деле Первое настоящие свидание и вот так! Я поднялась, расплатилась и убежала, прежде чем девочки опомнились.

Дверь на балкон была распахнута настежь, а в спальне кто-то тихонько хныкал. Уронив сумочку и ключи, я ломанулась туда, но на пороге меня встретил Иннуэль. Таким я его еще не видела. Глаза ангела горели яростным огнем, на щеке была глубокая царапина, и ярко-алая сияющая кровь струилась к подбородку. Он держался руками за проем двери и, кажется, не пускал меня. А за его спиной да, хныкал точно не он.
– Иннуэль! Что случилось! охнула я, шагая к нему. Он шатнулся, но устоял.

– Нет – сказал едва слышно. Пламя в его глазах меня пугало, но
– Иннуэль! Я помогу – я присела напротив него, чтобы быть ниже невысокого существа. Подумала, что это похоже на беседу с собакой. Отбросила глупую мысль. Иннуэль улыбнулся мне всегда казалось, что он умеет читать мысли. Он раздумывал, словно взвешивал что-то. Золотистые перья мелко подрагивали, я увидела несколько вырванных клочьев, – Правда, не бойся.

– Помоги, – он принял какое-то решение, остановив взгляд на своем лазурном подарке. И шагнул в сторону.

Она была рыженькой, зеленоглазой и очень хрупкой. У нее было сломано крыло, и она вся была в тонких царапинах, а на запястье свисала порванная цепочка. Я выругалась, не стесняясь выражений, и мне показалось, что мой ангел со мной вполне солидарен. Он? Она? Не знаю, я не выясняла детали. Она. Всё.

– Вам можно анальгин? тихо спросила я Иннуэля. Он качнул головой, и я поняла, что анальгин не поможет. И ничего из моей аптечки не поможет. И врачей не вызвать. Дальнейшее я помнила плохо. Помнила только, что не могла не плакать но руки делали. И мой ангел мне помогал. Наугад, без рентгенов и глубоких познаний, я старательно убирала боль и складывала хрупкость с хрупкостью, тонкость с тонкостью, виновато охая на всхлипы и стараясь не смотреть в полные слез глаза. Я вытирала ярко-алую кровь, промывала царапины и заклеивала их. Я сняла с нее этот дурацкий браслет, и с отвращением отшвырнула его. Иннуэль помогал. То и дело утирал щеку, и отмахивался, когда я тянулась к нему. Господи! Но я сообразила, как перевязать, как закрепить, как уложить. Я бережно сложила рядом с девочкой выстриженные с крыла перья, не смея их выбросить и не зная, что с ними делать. А потом села рядом с кроватью и рядом с дрожащим Иннуэлем. И поняла, что плакать больше не могу. А маленький ангел на кровати дремлет, убаюканный теплым ветром и ароматами лаванды.

Отчего-то мне не хотелось их расспрашивать. Отчего-то я все про них понимала. И про сломанные клетки, и про выбитые витрины. Но что делать с В двери позвонили. Кто там еще? Иннуэль выпрямился, тихо попросил.

– Открой, пожалуйста.
– Кто там? вставать не хотелось. Мне было просто страшно. Словно я попала в дурацкое кино про конец света. Словно я должна быть героем.
– Ее человек. Открой, пожалуйста.
За дверью был Макс. И выглядел он едва ли лучше её. Растрепанный, лохматый, с дикими глазами, грязный и поцарапанный, он все же твердо стоял на ногах. Старался, по крайней мере. Моего адреса он знать не мог. Я уже почти ничему не удивлялась.

– Мариэль у тебя, – он не спрашивал. Он утверждал. Мариэль. Господи
– Откуда и почему
– Прости, я задержался, – выдохнул он, умоляюще глядя на меня, – Мы были заняты. Пусти к ней, пожалуйста!

Вот как. Подумалось, что если бы Иннуэль пропал, я бы тоже без сомнений нашла бы его где угодно. И пришла бы, и постучалась бы в любые двери. Стоя на пороге спальни, я разглядывала, как злой и перепуганный Макс, мой случайный знакомый, забежавший однажды ко мне на работу за справкой, и нарвавшийся на мое дежурство

Так вот, я смотрела, как Макс тихо разглаживает перья на целом крыле Мариэли, как она просыпается и улыбается своему человеку, как они в унисон дышат, и как тревожно смотрит на меня Иннуэль. Я отчего-то знала, что боль у нее проходит, и что крыло теперь заживет быстрее.
Потом я курила на кухне, слушала шум чайника и ждала. Дождалась. Макс неловко замер на пороге кухни, мял в руках испачканную куртку и молчал. Теперь я понимала, что же такое эдакое в нем было.

– Тебе придется немало мне рассказать, – заметила я. Он сглотнул. Я усмехнулась. И добавила, – А мне придется учиться быстро убегать. Кстати, хочу сказать, что эти браслеты очень легко вскрывать. Знаешь, чем? Обычной пилочкой для ногтей

Автор: Char Li (Александра Хортица)
У этого автора есть в продаже электронные книги(обращаться в ЛС ). Также много ее рассказов в VIP-клубе


5 Replies to “Ангелы не продаются!”

  1. Алиса Атрейдас

    Анастасия, в посте есть ссылка на ЛС автора)) Спросите, у нее много чего есть)

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Categories